Геополитический взгляд на будущее мира и России
Зубкевич Л.А.
кандидат философских наук, доцент кафедры философии Нижегородской академии МВД России. Нижний Новгород. Россия.

Аннотация. Цель данной статьи: сформировать у читателей знания по вопросам, связанным с основными тенденциями развития мира и России, как его чести, с вариантами геополитических отношений, реализуемых в рамках этих тенденций. В связи с этой целью рассматривается зависимость геополитических отношений от направленности развития мира и России, как его части, а также разбирается многообразие геополитических прогнозов.
Ключевые слова: тенденции развития мира, геополитические отношения, геополитические прогнозы, направленность развития мира и России, устойчивость мировой системы, многофакторность современного общественного бытия, этнос, государство, реализация политической воли, глобализация, природная среда, экология.

Geopolitical view on the future of the world and Russia 
Zubkevich L.A.
Candidate of Philosophy, Associate Professor of the Department of Philosophy of the Nizhny Novgorod Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia. Nizhny Novgorod. Russia. 
Annotation. The purpose of this article is to form readers' knowledge on issues related to the main trends in the development of the world and Russia, as its honor, with options for geopolitical relations implemented within the framework of these trends. In connection with this goal, the dependence of geopolitical relations on the direction of the development of the world and Russia, as its part, is considered, and the variety of geopolitical forecasts is analyzed. 
Key words: world development trends, geopolitical relations, geopolitical forecasts, direction of development of the world and Russia, stability of the world system, multifactorial nature of modern social life, ethnos, state, realization of political will, globalization, natural environment, ecology.

Зависимость геополитических отношений от направленности развития мира и России, как его части.
Направленность развития человечества субъективно во все времена определялась идеальными представлениями, мечтаниями людей о будущем. Воображаемые идеальные общества в представлении предшествующих эпох можно объединить следующей характеристикой: в них мыслится человечество единым (или единообразным, или единосущным). Сегодняшний идеал не исключение, целью развития также мыслится единство человечества. Современное неустойчивое состояние процесса развития является переходным к новому качеству общества. Оно отличается возможностью сознательной постановки цели развития. Единство человечества — это слишком абстрактная формулировка. Она говорит о том, что мы четко не знаем, куда идем. Но мы знаем, от чего уходим, от средневековой раздвоенности на мир земной и мир божественный, от новоевропейской раздвоенности на людей-целей и людей-средства. Новое — конечный пункт, должен быть противоположностью тому, что нас не устраивает сегодня. Эта противоположность мыслимая, не реальная, некий идеальный абсолют, где «новое» мыслится как общечеловеческое — общие поведение, образ мысли, способ деятельности. Современный идеал нашел свое выражение в совокупности документов ООН, посвященных развитию. Которые, в свою очередь, легли в основу стратегий, доктрин, концепций развития Российской Федерации. Идеал включает в себя отсутствие войны и дискриминации одной нации другой; социальную справедливость на международном и национальном уровнях; здоровую и долгую жизнь всех людей на планете, а не только избранных; жизнь без голода и нужды; доступность образования и культуры. Уходим мы от разобщенного, антагонистического общества.
Сама постановка вопроса о развитии человека, а также и ответ на него возможны только в случае принятия как доказанных следующих положений: 1) развитие различных человеческих обществ и человечества в целом имеет одну логику, одни законы, подобную или аналогичную цепочку причинно-следственных связей — то есть единство исторического процесса, 2) логика развития человеческих обществ не зависит ни от этих обществ, ни от какого-либо конкретного человека — то есть объективность исторического процесса, 3) развитие человеческих обществ базируется на коллективной деятельности людей по производству (созданию) и потреблению материальных благ. Эта деятельность — способ и условие существования человека вообще. Материально-практическая деятельность совечна человеческому обществу, всегда определяла и будет определять его.
При соотнесении описанного выше идеала и жизни людей неизбежно ставится вопрос их соответствия, ответ на этот вопрос по сути оценочный. Для объективности оценки в науке разрабатывались разные критерии, их часто называют критериями прогресса человеческого развития. Одни исследователи меряют экономическими критериями: критерием производительности труда, прирост ВВП и пр., некоторые выделяют критерий нравственности: «реальный прогресс нравственности состоит прежде всего в преодолении звериного, зоологического, а затем и частнособственнического эгоизма». Созвучен критерию нравственности критерий развития культуры. Сегодня жизнь показала, что единственным критерием может быть существование человечества. Все, что этому способствует прогрессивное, что мешает — регрессивное. Рассуждая в этом ключе А. Дитон использует понятие благосостояние, которое им рассматривается как цель и одновременно как мерило развития.
Другим аспектом соотнесения идеала и жизни является само осуществление его в реальности. Речь не идет о воплощении некого идеального абсолюта в духе объективного идеализма, но об объективной тенденции к единству человечества, которая обусловлена его социальной природой. Эта тенденция реализуется через эволюцию человеческих обществ. Эволюция развития человечества в аспекте достижения его единства включает в себя этногенез и глобализацию, именно это суть содержания современных геополитических отношений. 
Этногенез это процесс укрупнения этносов и усложнения этнической системы. То есть, движение от одного человека (или семьи), через группу к этносу, и далее по усложнению системы. Второе, данное движение обеспечивается (или провоцируется) внешними, при наличии государства прежде всего геополитическими, контактами (связями), которые, в свою очередь, и приводят к усложнению этноса. Третье, для движения этнос имеет внутренний фактор, являющийся своеобразным источником развития. Одновременно он понимается как скрытая сущность этноса. Утрата этого фактора автоматически означает смерть этноса (пассионарность, самосознание, импульс). Как, собственно, и его избыток может привести к тому же.
Этнос как процесс имеет определенные точки роста, которые обеспечивают его совечность человечеству. Они являются тем «мотором», который двигает весь процесс. Такими точками роста можно считать следующее. Первое, этнос — единственный способ существования человека как биологического вида. Развитие обеспечивает противоречие антропоморфных факторов (психика, генетика, родство, раса) и социальных (социальное устройство, культура, территории и пр.). Биосоциальная природа этноса аналогична биосоциальной природе человека. Второе, естественное стремление к укрупнению как следствие, выходящее из биосоциальной природы этноса, а любое укрупнение предполагает усложнение системы. Третье, разумность человека, объединенного в этнос, предполагает иной способ выживания, чем у других биологических видов. Человек приспосабливает под себя окружающую среду, то есть создает принципиально новое (это творчество — природная черта человека). Поэтому культурное и социальное развитие совечны человеку. Четвертое, как существо творческое и биосоциальное, человек постоянно расширяет свои связи с окружающей средой, другими людьми. Связи эти заимообразные, субъектно-объектные.
Может быть эти точки роста и есть те трудно определимые факторы, вскрывающие суть этноса, которые называют импульсам, пассионарностью и пр. Существованию этноса как формы коллективной жизни людей ничего не угрожает (на это указывали Гумилев Л., Широкогоров С.М.). Даже в условиях современных глобализационных процессов речь может идти не об исчезновении этноса как такового, а об изменении его форм в сторону предельного укрупнения, а значит имеет смысл рассматривать возможные последствия такого укрупнения, сам факт укрупнения и пр. То есть, вести разговор о развитии и формообразовании этноса в современных условиях. Геополитические отношения современности переживают сущностный кризис, суть последнего в противоречии между процессами глобализации и этнокультурной идентичностью, которые, в свою очередь, есть две противоположности процесса этногенеза в описанном выше понимании. Это обстоятельство существенным образом определяет характер современных межэтнических (в другой терминологии — геополитических) взаимосвязей. 
В настоящее время противоречие этнического и глобального визитная карточка любых геополитических связей. Саморазвитие этносов (абсолютно любых) достигло стадии, когда интенсивность изменений в зоне наращивания предельно возросла, глобальная этносфера достигла высокой плотности. Обычные для человечества процессы интеграции стали происходить в зоне ядра этноса — язык, деятельность, территория. Происходит глобальное изменение ядер всех этносов. Доклад ООН «Наше общее будущее» (август 1987 г.) так описывает эти процессы: «до недавнего времени наша планета олицетворяла собой громадный мир, в котором человеческая деятельность и ее последствия четко разграничивались в рамках государств, отраслей (энергетика, сельское хозяйство, торговля) и более широких отраслей деятельности (окружающая среда, экономика, сфера социальных отношений). Затем существующие границы стали исчезать». С границами исчезает и индивидуализм отдельного этноса, в основе которого лежит его специфичность — специфический образ действий, образ мысли, поведение и психика. Растворяются национальные геополитические интересы в разного рода связях: бизнес-связях, информационных, социальных и пр. Этнические связи теперь свелись к демонстрации той специфичности, которая еще осталась, как правило, на обыденно-бытовом и религиозном уровнях. 
Так возникает своеобразная антиномия: этнос — единственно возможная форма коллективной жизни людей, обусловленная природой человека и совечная человечеству, исчезает под напором интеграции — одной из сторон этногенеза. При сочетании этих двух, следующих из природы человечества, обстоятельств получается, что в геополитическом контексте речь идет о возникновении огромного глобального этноса, а система мирового этнокультурного многообразия находится на пути к системе глобального этнического однообразия. И здесь у каждого народа свои прогностические представления о последнем. Однако целостность такой системы немыслима, особенно принимая во внимание глобальность в сочетании с открытостью системы. Так может прав Широкогоров и Гумилев, мы скоро станем участниками коллапса? Налицо противоречие, которое разрешается только в случае рассмотрения его как диалектического противоречия посредством «переходного состояния системы» и переходными процессами, характерными для этого состояния.
При переходном состоянии современная мировая система теряет свою устойчивость из-за глобального развития этнических связей в зоне наращивания, тем самым разрушая этничность как доминирующую системообразующую связь системы и ее подсистем. Но данная тенденция является статистической закономерностью, поэтому реализация ее не может быть однозначной, в процессе развития возникают различные ее варианты. От конкуренции этих вариантов зависит в каком качестве (старом этническом или новом глобальном) данная система обретет устойчивое состояние, какими характеристиками будет обладать новое качество. На данный момент можно уже говорить о том, что сложились определенные тенденции разрешения переходного состояния: 1) нигилистическая тенденция (полностью отвергающая или критикующая прежний национальный характер геополитических связей, их специфичность), 2) возвратная тенденция (возврат к специфическим связям, основанным на национальном интересе: стремление вернуться к старому и восстановить «все как было»), 3) тенденция к уравновешиванию развития (попытка сохранить национальную специфику геополитических связей, но изменить их с учетом «замечаний» со стороны других субъектов, изменить характер связи не отказываясь от специфичности).
Указанные тенденции — это отношения людей к перспективам развития, проявляющиеся в мыслях и поступках, в геополитических теориях, и также объективирующиеся в условиях переходного процесса. Нигилистическая тенденция указывает на то, от чего мы уходим. Нигилизм отрицает этническую специфичность (поведение, образ мысли, способ деятельности), поэтому цель развития должна быть ее противоположностью. Однако эта противоположность мыслимая. Этот идеальный абсолют мыслится как общечеловеческое — общее поведение, общий образ мысли, общий способ деятельности. В основе общего  - общечеловеческий идеал, его мы описали выше. Уравновешивающая тенденция — это всегда поиск компромисса между двумя крайностями: нигилизмом и возвратной тенденцией. Реализуемые геополитические стратегии, а также существующие теории, находятся в рамках одной из тенденций и составляют варианты развития стран и мира в целом. От конкуренции этих вариантов зависит в каком качестве (старом или новом) мировая геополитическая система обретет устойчивое состояние, и каким оно будет, если переходные процессы завершаться приобретением нового качества системы.
Объективным следствием этих процессов является многофакторность современного общественного бытия. Под фактором мы понимаем множество возникающих и уже существующих явлений, которые можно рассматривать при определенных условиях как субъекты общественных и политических процессов в обществе — способы деятельности, идей, социальные группы, общности иного характера (сети и пр.) и тому подобное. Их множество, они разные, могут тяготеть к глобальному, или наоборот к национальному, но могут сочетать в себе то и другое. Это множество может быть хаотичным, но по мере развития факторов, каждый из них начинает проявлять свою идентичность и институционализироваться. Эти факторы, взаимодействуя и конкурируя между собой, постепенно вырабатывают новую доминирующую связь всей системы. Эти процессы по природе спонтанны, но особенность переходных состояний общества в том, что подобные процессы могут направляться и корректироваться политической волей, которая осуществляется в рамках описанных тенденций.
При выработке методов и инструментов реализации политической воли необходимо учитывать следующие обстоятельства, объективные по отношению к этой воле. Как любая сила, она не должна быть направлена «во зло», то есть на разрушение целостности системы. В этом случае исчезает субъект — этнос, государство. История знает такие примеры. Сохранение целостности системы возможно только посредством формирования новой доминирующей связи системы. Данная связь носит универсальный характер, является основой для всех подсистем общества — экономической ,политической, духовной и пр., это объективная тенденция развития общества в целом. Эта тенденция формируется в результате на первый взгляд спонтанного и хаотичного взаимодействия факторов. Эти факторы, несмотря на свою субъектную идентичность —  открытые системы, конкурируя они вбирают в себя и институционализируют наиболее результативные моменты развития. Поэтому доминанта по сути — это скорректированный таким образом вариант наиболее конкурентоспособной институционализированой переходной формы (фактора, удачно сочетающего в себе глобальное и национальное). 
Определить этот фактор, включиться в корректировку, создавать благоприятные условия для его развития, повышая результативность его деятельности, вот задача государства, реализующего политическую волю к саморазвитию общества. Но при этом, необходимо не нарушать ситуацию конкурирования, так как в противном случае, субъективные «мнения и видения» возьмут верх над естественностью переходного процесса, и мы получим искаженную доминирующую связь, «урода» сочетающего естественное и искусственное. История тоже знает такие примеры.
Выход из современного переходного состояния мировой геополитической системы, возможен как минимум в трех вариантах, так как на данный момент просматриваются как минимум три доминанты и три политические воли. Первое — сценарий глобализма, формирование глобального этноса. Это приведет к гибели всей мировой системы, так как подобного рода образования не устойчивы. Второй — путем экономической деградации и политики изоляционизма в отношении национальных государств или их геополитических союзов (или самоизоляции) вернуться к прежней системе. Это возможно, но не на долго. Так как те же силы, что привели развитие к сегодняшнему переходному состоянию, сработают еще раз, тогда снова нужно будет разрушать и изолировать. И третий вариант — через координирование и корректирование интеграционных процессов, сочетать глобальные, локальные и этнические уровни во всех сферах деятельности и во всех подсистемах, и особенно в сегменте ядра этноса. Это позволит «поймать волну» стихии, выделить новую доминанту, способную сформировать новое устойчивое состояние. Задача политической воли — создание условий для реализации направленности развития путем выявления наиболее конкурентоспособной переходной формы (наиболее равновесно сочетающую глобальное и локальное), корректировка ее развития с целью повышения результативности ее деятельности.
Глобализация может быть рассмотрена как объективная и естественная для исторического процесса. Но как у любой объективной тенденции, у глобализации могут быть разные геополитические варианты реализации. Они также выступают в качестве факторов общественного развития, существуют в рамках описанных выше тенденций этого развития. Варианты процессов глобализации зависят от времени (исторического периода), от устойчивости или не устойчивости систем. А при современном неустойчивом периоде в развитии мировой системы — от субъективных факторов, могут иметь субъективный характер и представлять собой переходные формы развития человечества. Системность глобализирующегося мира, с нашей точки зрения, можно помыслить только в контексте его сущностной целостности, которая обеспечивается доминирующей системообразующей связью. Эту связь мы выше условно назвали «направленностью развития». 
В контексте глобализации связь этносов с окружающей природной средой является сегодня одним из определяющих факторов геополитических отношений, что нашло отражение в Указе Президента Российской Федерации от 2 июля 2021 года № 400 "О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации", в Экологической доктрине Российской Федерации (одобрена распоряжением Правительства Российской Федерации от 31 августа 2002 г. № 1225-р), в Климатической доктрине Российской Федерации (17.12.09), в Морской доктрине Российской Федерации на период до 2020 года (утверждена Указом Президента Российской Федерации от 27 июля 2001 года). Нигилистическая тенденция, отрицая этническую специфичность, отрицает эгоистическое и потребительское отношение к природной среде, которое лежит в основе старых специфически этнических поведения, образа мысли, способа деятельности, утверждает общее поведение, один образ мысли, стандартный способ деятельности в отношении природной среды. Уравновешивающая тенденция представляет собой поиск среднего пути в развитии, некого компромисса между нигилистическим отрицанием этнической специфичности, потребительских отношений и стремлением вернуться к старым отношениям в связях этнос-окружающая среда (этническая специфичность и потребительство). Именно в рамках этой тенденции осуществляется принцип устойчивого развития, предложенный в 1992 году ООН, представленные выше российские документы являются практической реализацией этого принципа на уровне отечественных геополитических интересов. Возвратная тенденция — проявление этнического эгоизма, не только утверждение как нормы этнической специфичности, но и потребительского отношения к окружающей среде, ее идеалом являются капиталистические рыночные отношения, где природа всего-лишь товар, имеющий цену. Как правило, возвратная тенденция является спецификой деятельности одного типа этносов (развитые страны, племена и пр.) или вообще одного доминирующего этноса. Каждой тенденции соответствуют геополитические варианты. Путь глобализма соответствует возвратной тенденции, следовательно, он приведет не к единству человечества, а к единственности этноса или типа этносов, поэтому он тупиковый в развитии.  Путь «сети» в рамках уравновешивающей тенденции, он изменяет только внешние связи, внутренние связи не затрагивает, меняются «нити», которыми этносы «привязаны» друг к другу. Интеграция — взаимопроникновение не только в зоне внешних связей, но и в зоне внутренних связей. Поэтому путь интеграции — в русле нигилистической тенденции.
Подробнее опишем эти варианты. Вариант «сети» — формирование мировой системы. Здесь мир представляется как система государств, связанных между собой «нитями» по типу сети. Эта взаимосвязанность объективна по отношению к гостям системы, через эти «нити» обеспечивается целостность мира. Их три — международное разделение труда, глобальное управление (распределение власти), военный мировой порядок. Здесь глобализация представляется как не линейное многоуровневое явление. Уровни — национальный, локальный, глобальный. «Нити» проникают в разные области деятельности, рождая все новые факторы глобализации (культура, право и пр.).
Глобализм рассматривается как очередная стадия развития капитализма, как современный империализм, отличительной чертой которого является целенаправленная деятельность конкретных людей (мирового правительства) по установлению мирового господства США (в более широком варианте однополярного мира с гегемонией западной культуры). Близка к данному варианту теория вестернизации. Это некое умозрительное обобщение объективно-исторических процессов 15-20 веков по колонизации мира европейскими странами. Современный процесс рассматривается как этап этой вестернизации — американизация.
Глобализация как интеграция представляется объективным историческим процессом сближения и взаимопроникновения человеческих коллективов, финалом которого может стать формирование некого нового однородного глобального общества (цивилизации). Здесь глобализация — линейный процесс, движение от разрозненного множества к единству в многообразном.
Многообразие геополитических прогнозов
Все эти варианты отражаются в существующих геополитических теориях, так же по сути каждая теория популяризирует одну из тенденций развития. В науке существует множество теоретических школ в международных исследованиях.  Поэтому имеет смысл рассмотреть их классификации. Например, Мельвиль А.Ю. выделяет реализм, неореальзм, либерализм, неолиберализм, неомарксизм, постмодернизм. Представим авторское описание этих теорий.
Реализм — «Реалисты исходят из того, что политика руководствуется объективными законами, обусловленными человеческим естеством, усилия по изменению которых обречены на провал, потому возможна теория, лишь относительно отражающая эти законы. В предельно краткой формулировке реалистический подход в его развитом виде сводится к двум тезисам. Во-первых, отсутствие в мире центральной власти — основной для государств фактор, который заставляет их ориентироваться в первую очередь на свою защиту, безопасность и возможно более полное обеспечение собственных интересов. Во-вторых, сотрудничество различных стран — это результат сходства национальных интересов, противостояние — следствие их различия. Реализм в качестве научной школы подчеркивает роль национальных интересов и принципа силы, а также критикует «наивный идеализм» рассмотрения международных отношений межвоенного периода».
Неореализм — «Государства остались исходными единицами научного анализа, вместе с тем они рассматриваются неореалистами не только сами по себе, но и с учетом образуемых ими структур (в т.ч. союзов, межправительственных организаций и пр.). Различия в поведении государств на мировой сцене неореалисты объясняют прежде всего их неодинаковым могуществом. Уолте сравнил международные отношения с рынком, где государства, действуя, подобно фирмам, в своих интересах, конкурируют с одними и сотрудничают с другими членами мирового сообщества. При этом все же основной акцент в неореализме сделан на конфликте и соперничестве».
Либерализм — «Либералы исходят из того, что взаимодействие государств на мировой сцене, в целом ориентированное на то, чтобы покончить с войной, утвердить мир и экономическое процветание, обязательно должно регулироваться, и прежде всего межправительственными организациями и международными режимами. Государства при либеральном подходе, как и у реалистов, признаны хотя и главными участниками международных отношений (акторами на мировой сцене), но вовсе не единственными — особо подчеркнуто, что наряду с ними действуют межправительственные и неправительственные организации (правозащитные, экологические, феминистские, транснациональные корпорации, так называемые внутриполитические регионы и т.д.)».
Неолиберализм (либеральный институционализм) — «В модели неолибералов особо выделены такие положения: взаимосвязь политики и экономики; ослабление влияния анархии на международную среду из-за высокого уровня взаимозависимости государств (экономической, общей заинтересованности в предотвращении ядерной войны и экологической катастрофы); изменение контекста взаимодействия акторов ради увеличения возможностей сотрудничества, в т.ч. через международные институты и режимы».
В неомарксизме выделяется мир-системная теория и теория зависимости.
«Согласно мир-системной теории развитие капитализма проходит циклы экспансии и стагнации, которые начинаются с момента его зарождения в Европе. Сначала под эту цикличность подпадает относительно небольшая европейская территория, а затем она распространяются на весь мир. В результате развития капитализма страны — в зависимости от экономических показателей — разделились на три группы: центр («ядро»), периферию, полу периферию. Страны «ядра» с более высоким жизненным уровнем доминируют над остальными. При этом периферия и полупериферия пытаются сопротивляться, поднимая различного рода восстания».
Теория зависимости — «преобладающее внимание уделено современному состоянию мира, где экономически менее развитые страны находятся в зависимости от более продвинутых». «вслед за неолибералами отмечая бурный рост мировой экономики во второй половине XX в., в данном процессе видят возникновение двойного экономического стандарта* в развивающихся странах. Это влечет за собой социальную и политическую нестабильность мировой системы».
Постмодернизм — «По мнению постмодернистов, первый, второй и третий миры значительно сблизились между собой по своим характеристикам. Но они отмечают и противонаправленный процесс дифференциации (расслоения) и индивидуализации (приобретения особого личностного облика) общения самых различных субъектов на мировой сцене. Постмодернисты пытаются найти новое соотношение между цельностью и плюрализмом: чем быстрее универсальные принципы распространяются в мировом сообществе, тем настойчивее его отдельные самостоятельные элементы заявляют о своих правах на существование и о собственных интересах. Этот подход разнообразен по используемым концептуальным схемам, направлениям развития и авторам, однако в целом отличается высоким уровнем теоретической абстракции.
Постмодернисты рассматривают мир как некий социальный конструкт. Если представители других теорий, следуя скорее веберовским принципам, стремятся в первую очередь объяснять действительность, то сторонники критической теории в международных отношениях активно пытаются изменить мир. Своей задачей постмодернисты видят сокращение существующих разрывов между философскими представлениями, наблюдениями и фактами социальной практики, наконец, самой социальной практикой».
Таким образом, из представленных описаний мы видим, что к глобалистическому варианту и возвратной тенденции можно отнести весь реализм и либерализм. Новые их варианты суть модификации, адаптированные под изменчивые обстоятельства, описанные нами выше. Ориентацией на «новое» обладает весь неомарксизм, представляя мир как сеть, но его позиция уравновешивающая «старое» и «новое». Нигилистическую тенденцию и интеграционный вариант мы находим у постмодернизма. Однако, несмотря на их ориентацию, все эти теории выполняют прогностическую функцию.
Далее рассмотрим вариант Н.В. Устиновой, также представим авторское описание выделенных ею теорий.
«Атлантизм. Это концепция культурно-цивилизационного, политического, экономического и военного сближения государств Северной Америки и Европы на основе общих ценностей демократии, индивидуальной свободы и прав человека».
Мондиализм. «Согласно этой идеологической концепции все государства и народы сольются в единое планетарное пространство, в котором будут ликвидированы этнические, национальные, религиозные и культурные границы. Управлять этим образованием будет некое мировое правительство, находящееся под эгидой США, которое будет внедрять в жизнь мирового сообщества западные ценности».
«Новые правые». «Эта школа ... была однозначно ориентирована на возрождение могущества Евразийского континента (на основе «общей истории» и «общего будущего»), на отторжение атлантизма и мондиализма. Но «общая судьба» Евразийского континента … находится под угрозой возможного геополитического альянса США и Китая, поэтому в различных геополитических сценариях (Ж. Тириара, И. Лакоста, Ж. Парвулеско) России отводилась некая мессианская роль спасителя Европы и всего Евразийского континента от атлантистских притязаний».
Неоевразийство. «Россия понимается как особое цивилизационное образование, обладающее качеством «срединности». «Срединность» России является основой ее исторической идентичности: она не Европа и не Азия, это Евразия, синтез мировой культуры и мировой истории, развернутый в пространстве. Российская цивилизация — особый тип цивилизации, сложившийся из арийско-славянской культуры, тюркского кочевничества, православной традиции. Великороссы как этнос не ответвление восточных славян, но синтез славян и тюрок». «Евразия представляет собой месторазвитие суперэтноса, или объединение великорусского этноса». «Геополитический синтез Степи и Леса, лежащий в основе великорусской государственности, выступает фактором культурно-стратегического контроля над западной и восточной частями Евразийского континента».
Таким образом, все представленные теории являются разными вариантами глобализма, просто с разными прогнозируемыми центрами. Любой прогноз есть синтез эмпирических практик и их интерпретаций, а последние всегда основываются на теориях. Как мы видим из представленных примеров, таких  теорий много, как и их классификаций. Поэтому какие-либо прогнозы, с нашей точки зрения, можно строить только ориентируясь на общую направленность в развитии, с учетом представленных вариантов и тенденций. 
Геополитические прогнозы всегда опираются на определенные научные парадигмы крупномасштабного прочтения истории, общественного развития. Выделяются всемирно-исторические и цивилизационные парадигмы. Основные положения всемирно-исторической концепции: история всего человечества — единый поступательный процесс развития от низшего к высшему; у истории есть свои законы, которые в принципе познаваемые. К этой концепции относятся: Г. Гегель, К. Маркс, Ф. Энгельс, модернизационная концепция, Ф. Фукуяма. Основные положения цивилизационной концепции: история — это история отдельных цивилизаций, сменяющий друг друга; каждая цивилизация имеет завершающийся цикл развития. Сюда относятся: Н.Я. Данилевский, О. Шпенглер, А. Тойнби, С. Хантингтон, евразийство, Л.Н. Гумилев. Есть историко-экономическая концепция (материальный фактор — основа исторического процесса). Начало этому пониманию положил историк древнего Рима Аппиан, далее Вольтер, И.Г. Гердер, Ж.Ж. Руссо, О. Тьерри, Ф. Гизо, К Маркс, Ф. Энгельс. Следующая концепция — географический детерминизм (процесс общественного развития — следствие влияния природных сил). Представители: Аристотель, Геродот, Страбон, Ф. Ратцель, В.О. Ключевский, Л.И. Мечников, Р. Пайпс. Технический детерминизм — историю двигает развитие техники и технологии, представители — Л.О. Уайт, О. Тоффлер. Далее выделяется демографический детерминизм (К.А. Гельвеций, Т.Р. Мальтус) и концепция влияния фактора общественного сознания (культура, идеология и пр.). Представители: Ж.А. Кондорсе, А. Сен-Симон, О. Конт, П. Сорокин, М. Вебер, Ф. Фукуяма, С. Хантингтон, школа «Анналов».
Интересное сочетание научных парадигм и развивающихся на их основе геополитических прогностических теорий мы находим у К.А. Кузьменко, автор выделяет пять парадигм и 27 прогностических концепций. Последние характеризуются автором как пессимистические с прогностической точки зрения. Представим краткую характеристику этих концепций:
•	Мир-системная экономическая концепция: капиталистическая «мир-экономика» единственная и глобальная, формирует глобальное мир-системное управление из одного или нескольких соподчиненных центров (Валлерстайн И).
•	Концепция постиндустриального общества: на смену промышленно-капиталистическому обществу приходит инновационная, принципиально новая, высокопроизводительная экономика с индустрией знаний и высоким уровнем жизни, где снимаются противоречия капитализма, ему на смену придет информационное общество.
•	Концепция «золотого миллиарда» не афишируется, но существует. Считается, что есть экологический предел роста, поэтому в будущем должен остаться «золотой миллиард» богатых людей, так как остальным не хватит ресурсов для жизни. Поэтому необходим новый мировой порядок на планете, сокращающий количество людей (Аттали Ж., Бжезинский З.).
•	Концепция однополярного мира — гегемония США, ей аналогичны концепции мондиализма (единого мирового управления) и глобализма. В концепции глобализма есть революционные и эволюционные глобалисты. Суть концепции: глобальный мир должен быть построен по неолиберальной модели западного общества (Г.Модельски, Т. Девезас, У.Р.Томпсон).
•	Концепция мондиализма: глобалистический проект по установлению мирового правительства, управляющего человечеством без наций.
•	Концепция глобального информационного общества: информационно-компьютерные технологии, глобальные информационные сети и глобальная информация качественно изменяет и улучшает мир. Формируется глобальное общество знаний.
•	Концепция глобализма-регионализма: устанавливаются центры мировой торговли с помощью отношений стран какого-либо региона или внерегиональных объединений государств (Моллисон Б., Чжан Б.).
•	Концепция экономики знаний: считается, что это высший этап развития постиндустриальной экономики, инновационной экономики в информационном обществе. Инновационное знание дает наибольший экономический эффект, преимущества в конкурентной борьбе и пр. (Гэлбрейт Дж.К., Вебер М., Белл Д.).
•	Концепция глобального массового потребления развивается на основе концепции массового потребления. Информационное общество обеспечивает высокотехнологичное глобальное массовое производство во всех отраслях общественной жизни на базе глобальных рыночных отношений. Высокий уровень массового потребления приносит благосостояние всему населению планеты.
•	Концепция открытого общества: «открытые» общества являются локомотивами глобальной цивилизации, все общества постепенно трансформируются из «закрытых» в «открытые», стираются препятствия в международных взаимодействиях в соответствии с концепцией глобализма и др. (Парсонс Т.).
•	Концепция устойчивого развития сформирована на основе идей Римского клуба. Устойчивый рост экономики и социальных богатств в глобальных масштабах приведет к устойчивому развитию человечества, к общему повышению уровня благосостояния, к решению глобальных проблем.
•	Концепция глобального катастрофизма: пессимистическая концепция о неизбежности нарастания глобальных проблем, с которыми государство не справится (Хантингтон С., Кьеза Джульетто).
•	Концепция техногенно-потребительской цивилизации: современная цивилизация не имеет будущего из-за роста технологий, утилизации природных ресурсов, рынка, деградации человека.
•	Концепция конфликтосферы: на определенном этапе глобализации общество все более погружается в конфликты, которые распространяются в социосфере (экономические, политические, религиозные, военные, экономические и пр.). Выход из состояния конфликтов в целенаправленном их уменьшении мировым сообществом, иначе конфликты будут разрастаться.
•	Концепция некросферы: контраргумент для различных «человеконенавистнических» концепций на основе мальтузианства, которые демонстрируют в качестве финала подобного развития возникновение некросферы, то есть создаются условия для полной гибели всего живого.
•	Концепция либерализма: властная элита правит вопреки и за счет остальной части социума. Происходит нарушение нравственных и природно-экологических законов. Автор считает, что финалом здесь является ситуация, когда часть в обществе разрушает целое.
•	Концепция патернализма: властная часть общества правит в интересах всего общества на принципах нравственности, «природно-космических и социально-правовых законов», сбалансированное управление обществом как целым (холизм).
•	Концепция многополярного мира: «добровольное объединение и содружественное взаимодействие» стран мира ради улучшения жизни людей, ради решения глобальных проблем человечества.
•	Концепция глокализма: делать в соответствии с традицией. Антитеза глобализму, мир должен быть децентрализован, ускорение мирового развития через развитие конкретных местностей, повышенное внимание к локальным проблемам, развитие взаимного интереса регионов, стран, культур.
•	Концепция мирного сосуществования государств: утверждается возможность сотрудничества государств с разным общественно-экономическим строем в разных сферах жизни человечества, так как все противоречия постепенно преодолеваются на пути развития единого мирового сообщества.
•	Концепция ноосферы или духовно-экологической цивилизации: основу планетарной жизни должна составить сфера разума человека — ноосфера, в основе которой лежит «планетарная интегративная научная мысль». Нужны новые принципы организации человечества, сутью которых является «взаимосогласованные взаимодействия стран» по оптимизации общественной жизни и отношения человека и природы.
•	Концепция общества риска: в XXI веке прекращается существование общества, имеющего внутренний баланс и баланс отношений с природой. Риск становится имманентным глобальной социальной реальности. Поэтому общество должно устранять риски, защищаться от них, адаптироваться к ним, их прогнозировать.
•	Концепция глобального катастрофизма и капитализма катастроф: мир находится в состоянии глобального катастрофизма, это неотъемлемая реальность нашего века, поэтому их можно только смягчить, важна социальная профилактика.
•	Доктрина социального шока: в конкурентной борьбе по отношению к противнику применяется социальный шок, он также полезен как «социально-терапевтический метод». Социальный шок — ряд быстрых социальных преобразований (Кляйн Н.).
•	Концепция «управляемого хаоса»: живая социальная система проходит этапы самоорганизации, саморазвития, нарастания конфликта, самораспада и нового цикла самоорганизации. Этими процессами можно искусственно управлять в собственных интересах путем ввержения системы в состояние хаоса, поддержания ее в этом состоянии путем внешнего управления. В этом состоянии легко утилизируются высвободившиеся (раскрывшиеся) ресурсы управляемой системы.